Самопровозглашённые политики зажигаются как звёзды. Значит, это кому-то нужно. Спешите делать успех.

Наша жизнь становится делом человека бегущего, надеющегося куда-то добежать, что-то успеть за отмеренное ему время на земле. Не в смысле апостольского призыва "спешите делать добро", а в смысле "спешите делать успех": деньги, известность, карьеру. В "вечной" погоне за успешностью многие торопятся пробежать отпущенное им время как можно быстрее, не оборачиваясь, не глядя по сторонам и уж, упаси Бог, не останавливаясь. Движение не только постепенно заменяет саму жизнь, но и становится некоей самоцелью. Человек же, не прикладывающий сегодня все усилия к личному успеху, воспринимается сродни герою Достоевского князю Мышкину как чудаковатый идиот, выпавший из времени.

Современности свойственна какая-то странная самоуверенность. Каждый себя считает специалистом во всём — от футбола до политики. Не в последнюю очередь поэтому политика при демократии является не вполне профессией. Она привлекательна для людей с выносливыми ногами и большой самоуверенностью.

Самопровозглашённые политики

В наше время политиком называют всякого, кто пару минут назад заявил, что идёт в политику. Собственно, у нас становятся политиком, так же как "звёздами", после первого ролика в интернете.

Действительно, все вдруг рванули в политику. Ранее ничего не понимавшие в политике обыватели, ставшие известными в совершенно других сферах деятельности, внезапно ощутили в себе призвание к политической деятельности. После тайного всемилостивейшего пожалования администрацией президента в действительные статские политики они публично самопровозгласили себя политиками.

Думаю, что это одна из сложно уловимых парадоксальностей демократии — все граждане юридически равны и одновременно лично уверены, что являются умнейшими и самыми способными к руководству этими же людьми. На самом же деле, слегка перефразируя одного неглупого человека, можно сказать, что при демократии политика — это развлечение заурядных людей, которые в случае успеха приобретают значительность в глазах ещё более заурядных людей. Заурядность идущих в политику обывателей — то, что сразу же бросается в глаза.

В связи с этим массовым порывом вспоминается известное древнегреческое сравнение политики с огнём, к которому не следует подходить слишком близко, чтобы не обжечься, но и не стоит очень удаляться, чтобы не замёрзнуть.

Идущие в политику явно не боятся обжечься, а значит, стремятся погреться у политического предвыборного огня. То ли современная политика перестала быть опасна, а значит, власть ослабела и уже не способна испепелить своих конкурентов, то ли, что более реалистично, управляемая демократия стала настолько ручная, что сама формирует власти удобных соперников, которые не столько противники, сколько актёры, строго выполняющие указания режиссёра, ставящего республиканские политические спектакли.

Идущие в политику приветствуют тебя, избиратель!

Если относиться к политике с юмором и считать, что это искусство отыскивать проблемы, неверно их оценивать и решать их неподходящими способами, то те, кто "записался" в последнее время в политики, — это идеальные претенденты. Все они сделали себе имена не в политике, но являются людьми крепкими, жестоковыйными и самоуверенными.

Одни, как Алексей Нечаев и Александр Даванков, основатели парфюмерного бренда Faberlic, видимо, считают, что если их бизнес хорошо идёт, то его кроме монетизации ещё нужно и политизировать. И все те, кто покупал у них парфюмерную продукцию или модную одежду, пойдут и в знак благодарности проголосуют за них. Хотя лидеры "парфюмерной партии" и заявляют о том, что будут ориентироваться на городскую молодёжь, кажется, что и в этой среде вряд ли захотят путать свои симпатии к "кремам" и политику.

Менее понятна логика Партии роста. Респектабельная партия предпринимателей, видимо, окончательно разочаровалась в своих собственных силах и решила обзавестись скандальной эстрадной "звездой". Но, инкорпорировав Шнура в свои ряды, нужно было тогда и переименоваться в Партию роста матерщины, так как единственное, чего собирается добиваться "ленинградец", — это легализация в стране мата.

На представлении партийному активу Шнуров сначала поприветствовал присутствующих жестом, который был чем-то средним между фашистской "зигой" и экзальтированным взмахом руки. А затем в короткой презентационной речи выдавил из себя несколько невнятных предложений: "Жизнь помаячила в виде Партии роста. Я вам пригожусь… внесу яркие краски. Буду называть вещи своими именами. Со мной будет явно веселее". Активу партии этого хватило с лихвой, и его быстро приняли в свои ряды.

Как-то американский президент Гарри Трумэн признался, что в детстве "хотел стать тапером в борделе или политиком. Разница, по правде сказать, небольшая". Возможно, Шнур идёт в политику с такими же мечтами — хотел быть певцом в борделе. А вот станет ли политиком? Посмотрим. Не хотелось бы только, чтобы отечественная политика после этого стала походить на бордель.

Не менее оригинальна для политики и новообразованная Партия прямой демократии. Её создал сооснователь игры World of Tanks Вячеслав Макаров. По всей видимости, он исходит из логики, похожей на логику Нечаева и Даванкова. Раз играют в его танчики, значит, будут с ним играть и в политику. IT-эксперты попробуют собрать игровой электорат — от коммунистов до либертарианцев.

На левом фланге пойдут бывший дипломат Платошкин со своим "Новым социализмом" и писатель Прилепин с движением "За правду". Платошкин практически не отличим от КПРФ, кроме фирменного хамоватого стиля подачи политической пропаганды. И его "новый" социализм ничем не будет отличаться от "старого". Просто в КПРФ не протолкнёшься, да и спойлерам живётся посытнее в предвыборные времена. Что касается Прилепина, то это странный вариант бывшего национал-большевика, по-анархистски влюблённого в революцию как своеобразную форму кровавого обновления, но с возрастом распробовавшего вкус буржуазной славы и тонко чувствующего возможности социального пиара. Бунтарская стилистика ("Долой Путина"), левацкая революционность ("Социализм — это такая штука, которую не дают. Её берут"), отношения с Навальным и либеральным бомондом ("Либерализм — не главный наш враг" из речи на съезде) создают эклектичный образ успешного русского писателя в стиле лево-народного Горького. "Правда" Прилепина, особенно в союзе с американским актёром Стивеном Сигалом и с укро-российским предпринимателем Бабаковым, побывавшем в составе почти всех партий, не сильно похожа на Русскую Истину. Прилепинская "правда" больше смахивает на социал-революционную отсебятину, чем на тысячелетнее Государство правды — Святую и Имперскую Россию.

В современную политику рекрутируют айтишников, парфюмеров, писателей, бывших дипломатов, певцов. Похоже, что выборы в Госдуму будут меньше всего про политику, а будут эпатировать, заигрывать и обольщать русского избирателя.

Посмотрим после русских поправок в Конституцию, дадут ли прийти в политику русским людям. Россия должна устраиваться по-русски и в политической жизни тоже.

Михаил Смолин,
Название оригинала: "Не теряйте панику и не поддавайтесь самообладанию": Все рванули в политики

+ + +

Комментарий МВН.

Англоязычное слово "спойлер" давно существует в технике, но с его применением в информационных технологиях и в политике оно стало многозначным (в "Википедии" приводится пять значений). В данном "избирательном" контексте это означает способ дробления электората соперника: «кандидат или партия на выборах, который не имеет шансов победить, но оттягивает на себя часть голосов за другого кандидата со сходной программой, повышая тем самым шансы на победу кандидата или партии с противоположной позицией». Такие "партии" создаются кремлевскими политтехнологами в среде оппозиции, в основном ‒ на поле КПРФ для отнятия голосов у нее (в данном случае эту роль играют совпатриотические "партии" Прилепина и Платошкина). Во всяком случае, многие аналитики в РФ, воспринимая выборы всерьез, именно так видят назначение "спойлеров". Но это понятие далеко не ко всем применимо.

Большинство создаваемых мелких предвыборных "партий" ни у кого голосов отнять не могут, это такие, как, например, "Партия любителей пива". Часть этой мелкоты тоже поощряется из президентской администрации, но с другой целью: а) продемонстрировать Западу настоящую широкую "демократичность" избирательной системы и б) продемонстрировать народу отсутствие альтернативы правящей партии власти со стороны раздробленной, малосильной и несерьезной оппозиции.

Более серьезную (по оправданности ее обличений власти) антиправительственную оппозицию нейтрализуют как дроблением, используя амбиции ее лидеров, так и поощрением в ней наиболее одиозных фигур. Для нейтрализации публикуемого ею реального коррупционного компромата на власть имущих и существенных обличений олигархической системы, звучащих из рядов оппозиции, попускаются и выборочно отражаются в СМИ в одном флаконе действия и высказывания персонажей, дискредитирующие оппозицию как иностранных грантополучателей, русофобов, защитников гомосексуальных свобод и т.п.

"Партия роста" была создана сотрудником президентской администрации Титовым для отделения от оппозиции ее умеренных деятелей, не имеющих принципиальных претензий к сложившейся государственной системе и желающих ее улучшить. По своей "капиталистической" идеологии "Партия роста" мало чем отличается от партии власти и фактически создана для поддержки существующей государственной системы в среде малого и среднего бизнеса.

Однако в целом все подобные избирательные технологии нужны власти для "демократической" показухи и для влияния на выборы не самого высокого административного уровня, где прямые фальсификации были бы более заметны. А вот нужные результаты выборов в Госдуму или на пост президента (иногда и региональные) достигаются проще: электронной системой ГАС, честность которой проверить невозможно без допуска в недра ее программы. Постоянно разоблачаемые нестыковки между реальными цифрами голосования на низовых избирательных участках и суммируемыми отчетными цифрами в отдельных случаях вынужденно признаются ЦИКом, назначаются повторные выборы, но на высшем уровне, по уверению руководящих "волшебников", «такие отдельные нарушения на общий результат повлиять не способны» (Э. Памфилова). И "опускаемая" КПРФ особенно права не качает, чтобы не терять то, что имеет, и не раздражать власть, которая сознательно допускает команду Зюганова в Госдуму и в региональные органы власти как прикормленную системную оппозицию.

Так что, Михаил Борисович, по-настоящему умную и грамотную, духовно трезвомыслящую патриотическую оппозицию, понимающую смысл истории и место России в ней, и соответственно видящую все пороки нынешнего олигархически-компрадорского режима, по сути западнического, стремящегося вписаться в Новый мiровой порядок в качестве Великой сырьевой колонии ‒ такую русскую оппозицию, независимо от того, что будет написано про русский народ в декоративной конституции, которая в РФ сама по себе трижды нелегитимна, власть к "выборам" не допустит, чтобы не нарушать общепринятых рамок консенсуса даже "писком комара" в центральных СМИ.

Поэтому мое участие  в таких "выборах" ограничилось 1995-м годом в патриотическом блоке Говорухина "Остановим криминальную революцию!" (с трудом наскребли 200 тыс. подписей, зарегистрировались, но в итоге нам нарисовали 1 % ‒ большее число избирателей остановить Криминальную революцию почему-то не пожелало) и не хожу на избирательные участки уже четверть века. (Некоторые возможности для информационного просвещения могут быть у кандидатов на местных уровнях, в которых патриоты могут пытаться участвовать хотя бы с этой целью, но там у честных кандидатов есть и другие препятствия: финансовые, "правоохранительные", дезинформационные, противодействие криминальных структур.)

МВН